Иногда не умею ждать…

Да, действительно. Это так. Иногда я правда становлюсь очень уж нетерпеливой. И для меня такое чувство прекрасно — значит, меня что-то захватило в омут. Значит, я немного вернулась… к жизни, что ли. Жаль, что оно слишком быстро уходит… Ты не можешь этого знать, ведь я никогда не переделываю письма — печатаю с таким-то и таким настроением, и оно с ним же летит в гости к другу.

Негодование и презрение
Я слишком долго молчала, и теперь… очень сложно… сразу же избавиться от налета таких эмоций. Даже если я такого совсем не чувствую. Я стараюсь полюбить людей, учусь им доверять безгранично. Я лишь учусь пока и я не волшебница.

К тебе ничего такого не испытывала — ты же мне ничего плохого не сделала. Мне не за что тебя презирать и незачем негодовать — если мне захочется, я оправдаю в собственных глазах кого угодно. И там где другие
Передрались — я все еще пытаюсь сохранить дружбу. Это очень сложно — быть первой, прощать первой… но… ничего важнее человеческой души нет, особенно если я безгранично благодарна… и я никогда не пожалею о том, что временами унижалась, в мою душу плевали… но сейчас я все еще не подумаю пожалеть.

Воодушевление одушевило
Мой напор — это воодушевление. Но его очень сложно… понять… действительно, он пугает, я знаю, я могу смотреть на себя со стороны. Я просто устала себя сдерживать… одна моя большая мечта — провести сутки с теми, с кем ты не боишься быть самим собой… я приснила однажды такое… а потом чуть не разрыдалась после пробуждения — мне так хотелось туда, где меня ждали, действительно ждали… это ощущалось явственно. Такого в жизни не было.

Ха-ха, помню, недели 3 назад я болталась на аське с девушкой, действительно родной душой, и даже она сказала мне, что в начале нашей болтовни чувствовала себя словно на детекторе лжи. Я спросила, мол, почему так? Мне ответили, ты почитай вначале. А я в ответ, что ничего не помню и не хочу вспоминать… Никогда не была словно на допросе… а так хочу… ведь мной никто никогда по-настоящему не интересовался. Так как я кем-то. Сказать, что я огорчена? Ну да, наверное, но мне плевать на прошлое, я знаю, что надо лишь подождать. Я это ЗНАЮ.

ЗЫ. А она потом сказала, что несколько дней как подвешенная ходила от радости. И я также…

Иллюзия восхищения
А восхищение смертью… Его попросту нет. Я просто не
боюсь ее. Имею же на это право. В глазах гнилых европейцев или истых христиан это… кощунственно.

Но почему именно ОНИ правы? Почему именно это
Правильно — испытывать священный трепет? Бояться? Она все равно придет, и… страх смерти еще никому не облегчил жизни. К тому же, а может, в этом смысле я с мексиканцами! Это альтернатива, и она имеет право на то, чтобы в нее верили. Да и категории типа добро-зло — это всего лишь происки человеческого разума, не более…

И все же, ты хочешь, наверное, все понять еще лучше без философских изысканий? Хорошо, я скажу тебе. Вспомни. И ты поймешь. Одни из тех, кто не боится, эммм, ладно, назову ее Сущность С… просто протанцевали на краю… на краю… В ее цепких объятиях…

Я… я… я одна из них. И это не потому, что это была неудавшаяся попытка самоубийства. НЕТ!
Это просто соматика. Больное тело… болезнь... тупые врачи… дикая усталость и равнодушие… и… это все, что я смогла… сказать… и все… я не хочу помнить об этом.

Читайте также: